Как француженка превратила Турин в европейскую столицу

Мария Кристина Французская, без сомнения, была Великой Женщиной!

Чисто по-женски она успевала все: любовная история с молодым, очаровательным графом Алье’ была в самом разгаре, гражданская война, перешедшая в войну с Испанским королем была под контролем Кристины и ее брата французского короля Людовика XIII вместе с кардиналом Ришелье; Мадама Реале продолжала государственные и экономические реформы молодого Савойское государства, продолжала строительство новых дворцов и превращение средневековых крепостей в поистине королевские резиденции, придавала Турину статус настоящей европейской столицы.

А особую роль в оформлении статуса играет пищевая роскошь и хорошая кухня. Как раз во времена ее правления (середина XVII века) в кулинарии так же, как и в одежде воцаряется мода. Родина герцогини Савойской – Париж претендует на роль ее законодателя, утверждая в меню те или иные супы, соусы, отвары и подливки. Некоторые блюда становятся поистине драгоценными, и цена на них достигает астрономических сумм. Постепенно утверждается французская “высокая кухня”.

Главным показателем зажиточности было мясо и прежде всего дичь, поскольку охота на нее была привилегией исключительно аристократии — это олени, лани, косули, куропатки, кабаны, зайцы, перепела, фазаны. Савойские земли были богаты дичью, и удивляли европейских гостей роскошными загородными резиденциями для охоты.

Однако на обеденном столе уже не видно целого быка, кабана или оленя, не встретишь больше неотесанных героев, пожирающих целого барана. Тонкие кушанья под изыскаными соусами следуют одно за другим, чтобы возбуждать аппетит, то и дело исчезающий и появляющийся вновь.

Революционными были изменения в подаче явств: все должно было быть изысканно и подчиняться правилам этикета, умение пользоваться столовыми приборами стало аристократическим признаком. Появляются раздельная посуда, скатерть, салфетки, столовое серебро.

Ложой ели только жидкие похлебки. Вилка по началу считалась чудачеством, признаком эксцентричности, даже извращенности, Церковь клеймит нововведение и запрещает ее в монастырях вплоть до XVIII века. Но несмотря на это уже в  XVI веке вилкой едят в Италии, и отсюда она начинает распространяться по Европе, впрочем, довольно медленно. Во всяком случае, при французском дворе она появилась на столе, милостиво допущенная “королем-солнцем”, только в конце его правления.

Происхождение столового ножа весьма забавно. Он был остроконечным, и обедающие зачастую использовали его в качестве зубочистки. Кардинал Ришелье запретил это безобразие, и с тех пор столовые ножи имеют закругленный конец.

Мария Кристина была, конечно, урожденной французской принцессой, но как Савойская герцогиня и полновластная Мадама Реале желала нечто бОльшее для своего государства (как и все последующие правители). А именно того, что выгодно отличало бы ее город Турин от других европейских столиц, тех блюд, которые подчеркивали бы ее изысканный вкус и королевское происхождение.

Вот именно о блюдах и кухне Пьемонта в продолжении…